Новости Академической Гребли
Понедельник, 20.11.2017, 09:02
Меню сайта
Категории каталога
Статьи Валерия Клешнева [35]
Переводы статей о гребле с английского [5]
Статьи друзей [0]
Статьи о гребле и гребцах [6]
Наш опрос
Лучший одиночник современности?
Всего ответов: 487
Главная » Статьи » Статьи Валерия Клешнева

О самолетах, гребных эргометрах и смысле жизни. Валерий Клешнев.

О самолетах, гребных эргометрах и смысле жизни

© 2010 Валерий Клешнев                                                                          24/10/2010

 

Как и в январе этого года, я за одну поездку в Америку посетил два места: гребной центр в Оклахоме и фирму Консепт2 в Вермонте. Оба раза мне заказывали билеты с авиакомпанией Юнайтед, которая преподнесла несколько неприятных сюрпризов: в январе потеряли мой багаж, который нашелся лишь к концу поездки, заставили понервничать на обратном пути при пересадке в Чикаго: прилетели, минуты до стыковочного рейса неумолимо истекают, а мы сидим в душном самолете, поскольку нет свободных причалов. В итоге, на рейс в Лондон тогда я все-таки опоздал и вынужден был ночевать в отеле аэропорта.

Эта поездка, также, началась с недоразумений: рано утром в лондонский Хитроу, работники Юнайтед уведомили, что они не могут меня зарегистрировать на рейс, но могут дать совет: быстро бежать в ближайшее интернет-кафе и заполнять он-лайн иммиграционную форму. Мол, такой порядок был введен для всех с сентября, а то, что я об этом не знал – это проблема не их, а моя и того агентства, которое обеспечило меня билетом. На беду, мне еще сообщили неверный адрес сайта, и на рейс я таки опоздал, но форму героически заполнил и улетел следующим – через пять часов. В злополучном Чикаго все повторилось: ожидание свободных «ворот» после посадки, нервотрепка в очереди на паспортный контроль, когда дородный клерк мучительно долго проверял прибывших чуть ранее китайцев, забег по коридорам и эскалаторам аэропорта, и как финал драмы – улетевший без меня самолет в Оклахому. Впрочем, в американских авиакомпаниях к подобным проблемам, кажется, привыкли: меня без всяких вопросов зарегистрировали на следующий рейс, благо такой еще был поздним вечером. Вообще, в американских аэропортах у меня возникает ощущение «дежа вю» с давно забытыми советскими, которых я насмотрелся вдоволь, мотаясь каждый месяц на сборы в Закавказье: та же неразбериха, рейсы задерживаются и переполнены, очереди на подсадку, мол, «нет ли лишнего билетика» и везде толпы народа. Все это разительно отличается от просторных и пунктуальных аэропортов Европы. В итоге, я прилетел в Оклахому уже за полночь, проведя в дороге более 24 часов, а уже в 5 утра должен был настраивать лодку для тестирования. Затем - двухчасовая лекция, обработка данных, и еще одна лекция с объяснением полученных данных. К концу первого дня визита в ушах звенело и, казалось, из них валит густой дым.

На пути из Оклахомы в Вермонт – пересадка в Вашингтоне и опять трагикомедия в силе Юнайтед: перед взлетом больше часа сидим в маленьком самолетике, который под солнцем и без кондиционера стал похож на сауну. Стюард, обливаясь потом, разносит изнемогающим пассажирам воду и очень извиняется. Затем пришел пилот – капитан судна и тоже извинялся: сказал, что его известили о полете лишь за 10 минут до вылета. Подходящий сюжет для телепередачи «Прожекторперисхилтон».

Уже в сумерках в иллюминаторе показались багряно-желтые осенние леса на склонах вермонтских Зеленых Гор. Поскольку самолет опаздывал на два часа, я уже стал думать, что буду делать, если меня никто не встретит. Однако, при выходе я сразу же увидел табличку со своим именем, которую держал в руках плотный мужчина, за 60, среднего роста, с красным лицом, белыми, как снег бородой и усами, в джинсах, клетчатой рубашке, черных очках и ковбойской шляпе. Этакий ковбойский Санта-Клаус, который крепко пожал мне руку и коротко представился: «Эл». Это был водитель такси-челнока, нанятого фирмой Консепт2. Оказалось, что Эл, по образованию инженер-химик, прекрасно знает Дика и Питера Дрессигакеров, основателей и хозяев Консепта: он начинал свой бизнес неподалеку и в то же примерно время, когда братья начали делать свои знаменитые весла в конце 1970-х. Тогда Эл изобрел и продавал какие-то очень выгодные дровяные печки. Сначала его бизнес шел на «ура», подогреваемый высокими ценами на жидкое топливо. Затем, в 1980-х, цены на нефть резко упали, дровяные печки покупать перестали и Эл обанкротился. Я постарался его утешить и сказал, что примерно в то же время и по той же причине обанкротилась, а затем исчезла не только маленькая фирма Эла, но и самая большая в мире страна, Советский Союз, моя Родина. Сейчас Эл живет, в основном, за счет того, что крутит баранку, но надеется снова начать свой бизнес: он недавно изобрел особо эффективный клапан-инжектор. Мы сразу ощутили с Элом родство душ и всю часовую поездку до курортного городка Стоув проговорили: о науке-технике, спорте - культуре, философии и религии. Оказалось, что Эл – атеист по убеждению, недавно очень полюбил православие за красоту обрядов и особый возвышенный дух. Бывая в Нью-Йорке, он всегда посещает тамошнюю русскую церковь и даже знает несколько слов по-русски. Еще Эл очень хорошо отзывался о братьях Дрессигакерах, за их творческую жилку, умение вести свой бизнес, инновационный подход в сочетании со здоровым консерватизмом.

После сухих и жарких оклахомских степей, похожих на Австралию, вермонтские пейзажи напомнили знакомые с детства леса и озера Карельского перешейка под Питером, также свежо и сыро, также пахнет прелыми листьями и грибами. На следующее утро, из мотеля «Золотой Орел», где я остановился, меня забрала Мередит, сотрудница фирмы Консепт2, живущая неподалеку. Первый же день оказался очень продуктивным: я быстро установил датчики на гребной тренажер и к вечеру мы уже получили кучу данных по трем типам эргометров, по шесть человек на каждом. Во второй день моего визита мы поехали в Крафтсбёри (см. Фото ниже), где провели измерения на воде с братьями Диком и Питером в двойке.

Я думаю, любому человеку, связанному с греблей, не нужно представлять фирму Консепт2. Гребные эргометры этой фирмы стали стандартом де-факто в подготовке и тестировании гребцов, но главным их потребителем является фитнес-индустрия: практически в каждом фитнес-клубе можно увидеть эти машины. Фактически, гениальное изобретение этого эргометра, а точнее – его электронного блока с заложенным в него методом определения мощности, создало новый вид спорта: греблю на эргометрах, по которому проводятся соревнования различных уровней и регистрируются рекорды. Также очень популярны весла этой фирмы, а недавно появился еще и лыжный эргометр. Конечно, мне было очень интересно узнать, что за люди основатели и хозяева фирмы.

Старший брат Дик, сейчас ему 63 – высокий, светлоглазый, поджарый, но крепкий астеник, немногословный, кажется при первом знакомстве немного угрюмым и неприветливым. Будучи хозяином компании с многомиллионными оборотами, он ходит на работу в старых рваных джинсах, спортивных туфлях и рубашке, ездит на старой немытой машине. Кажется, что деньги его вообще не интересуют: за них в компании полностью отвечает коммерческий директор Брюс Бирман, нью-йоркец с подвижными темными глазами, его предки говорили по-русски и эмигрировали из Восточной Пруссии в начале XX века. Главным интересом Дика является творчество, создание и совершенствование гребного инвентаря. В лаборатории фирмы постоянно жужжат моторы, тестируются на прочность и выносливость различные компоненты эргометров. Дик, вооружась лупой, разглядывает тросы – насколько те перетерлись. Затем, он обсуждает с инженерами деталировку аппаратов, затем – с электронщиками проверяет функциональность мониторов. Жена Дика – Джуди тоже работает на фирме, занимается интернет сайтом и другим пиаром. Имея большой дом неподалеку от фабрики, супруги большую часть года живут в избушке посреди глухого леса.

Младшему брату Питеру сейчас 59, но он выглядит намного моложе, как большой ребенок – немного удивленный взгляд прозрачных глаз, кажется, что он все время улыбается или собирается улыбнуться. Такой же высокий, как и брат, Питер более спортивный. В отличие от Дика, он позволяет себе играть с большими игрушками, такими, как его электрический родстер «Тесла», что является объектом подшучивания других членов семьи. В компании Питер отвечает за дизайн механики эргометров. Это именно ему в начале 1981 г. пришла в голову мысль приколотить велосипед седлом к полу, приделать рукоятку к цепи и использовать это сооружение для зимней тренировки гребцов. У жены Питера – Бери нет постоянных обязанностей в компании, но она считает своим долгом появляться там пару раз в неделю, наблюдая как идут дела. Я провел прекрасный вечер в доме у Питера и Бери на горе посреди леса. Мы сидели на веранде, пили пиво и любовались, как заходит солнце за червленые леса Зеленых Гор.

Я спросил у братьев, откуда взялось название фирмы – «Консепт2». Они рассказали, что когда в начале 1970-х они еще учились в Стэнфордском университете в Калифорнии, так назвались образцы дизайна рюкзаков, их дипломной работы: Консепт1, Консепт2 и т.д. Наиболее удачной моделью оказался Консепт2. Затем, в 1975 г. когда они сделали на кухне своей квартиры первый образец угле-пластикового весла и стали думать о названии фирмы, то в голову сразу пришел тот удачный проект с рюкзаком. В 1976-м братья купили заброшенную ферму и в сарае стали делать пластиковые весла, которые уже на следующий год успешно использовала в чемпионате мира в Амстердаме американская женская двойка безрульная с загребной Анитой ДеФранс , которая ныне является вице-президентом ФИСА и членом МОКа. Дальнейшие подробности истории развития фирмы можно найти на http://www.concept2.com/us/company/story/timeline.asp .

Я уезжал из Моррисвилла в полдень, проведя с Консептом2 три с половиной дня. Удалось сделать очень много, с данными придется разбираться еще, наверное, целый месяц. Хотелось побыть здесь еще, не спеша пробежаться по извивистым тропинкам среди багряных лесов, пообщаться с интересными людьми, которые работают в компании. Однако, впереди меня ждала конференция в Израиле и беспокоил плотный график перелетов: малейшая нестыковка – и я опаздываю насовсем. Провожали меня Дик с Питером, а везти в аэропорт приехал мой старый знакомый таксист Эл. Всю дорогу до Бёрлингтона мы говорили о смысле жизни и мне, кажется, удалось убедить Эла, что бог существует на самом деле, причем, это не дедушка там на облаках, а он здесь, среди нас, мы являемся частью его, а смысл нашей жизни – продолжать процесс творения этого мира, который начал он.
































































































































































































































































Категория: Статьи Валерия Клешнева | Добавил: academist (25.10.2010)
Просмотров: 1486 | Рейтинг: 5.0/3 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Copyright MyCorp © 2017